Стройся!!! Строительство, проекты домов Загородный/собственный дом. Квартира. Статья 7.   
Поиск Проекты домов Дом, участок, сад Стройка, отделка, ремонт Инж. системы Интерьер, дизайн Статьи Форум, блоги Объявления



Архитектор - это адвокат, доктор и переводчик.

Когда в начале перестройки архитекторы начинали строить загородные дома, в головах заказчиков царил хаос. Ни спрос, ни сами эстетические представления клиентов не оформились. С течением времени ситуация изменилась. Об индивидуальной застройке сегодня и о ее перспективах беседует Даниил Александров с одним из ведущих петербургских архитекторов - Петром Отланом.

Расскажите, что изменилось с тех пор, когда вы начинали работать?

Когда я начинал, надо было вписываться в стандарты садоводства: дом по пятну не должен был превышать крохотного участка. Дома получались высокие. Потом был бурный период, когда многие люди, заработав первые деньги, пытались построить очень большие дома. У меня был клиент, который построил дом площадью 1 гектар и понял, что это слишком много, что его надо подметать, убирать, и что жену заставить это делать он не сможет. Было много недостроенных домов, включая совершенно кошмарные здания, которые, с одной стороны, выглядели как элементарные кубики, а внутри было сочетание антикварной мебели и каких-то совершенно не соответствующих им по классу материалов. Постепенно ситуация трансформировалась, и люди в большинстве, видя печальный опыт неликвидных недостроев, стали задумываться о ликвидности того, во что они вкладывают деньги, хотя бы процентов на восемьдесят. С другой стороны, стали думать, читая журналы, а что же, собственно говоря, представляет собой загородный дом?

Закономерный вопрос: есть ли у архитекторов профессиональная классификация загородных домов?

Есть дача, то есть дом временного проживания - неважно, летнего или зимнего, просто дача. Есть такое странное понятие, как коттедж, которое часто употребляется, но четкого определения не имеет. Вообще, этимологически это слово имеет иной смысл, чем у нас, но клиент его уже принял. И есть понятие "загородный дом". Дача и коттедж - это может быть дерево, а загородный дом - это более стабильные материалы. Хотя есть и примеры смешения. Вот, пожалуйста, "К-2" на Каменном острове. Это по своему стилю загородный дом, и слово "коттедж" к нему неприменимо. Там существует дом, где находятся службы, сам дом, большой участок. Таким образом, загородный дом может функционировать как дача, как постоянное жилье и как сложный организм, жизнеспособность которого обеспечивает достаточное количество людей, помимо хозяина.

Вообще, я для себя сформулировал, что идеальным домом является дворец Петра I в Летнем саду. Это как бы мечта. Он в центре города, на природе, рядом вода, он сам небольшой, есть весь набор помещений, они художественно оформлены, есть выход в сад, участок огражден со всех сторон красивыми решетками. Вот это идеал. Все остальное является компромиссом между этим идеалом и возможностями - по месту, по положению, по всему, по открывающимся видам, в конце концов.

На что заказчик, строящийся за городом, обращает внимание в первую очередь?

Главное - это выбор участка. Если дом находится не в 40 - 60-километровой зоне, он становится плохо ликвидным, и средства, вложенные в него, - это средства, вложенные только для хозяина. Если дом придется продать, то вложенные деньги не вернутся, когда дом находится слишком далеко. Каким будет дом, связано с тем, постоянно проживает хозяин или родители хозяина в доме, или он приезжает только на выходные или в отпуск. И дети. Дети являются очень важным фактором при строительстве дома. Появление детей у людей, живущих по американскому стандарту, когда детей заводят в 30 - 40 лет, является важным фактором, который обуславливает строительство дома: надо куда-то детей определить на лето - не только за границу.

С другой стороны, жилье постоянного проживания, когда человек оставляет в городе студию или квартиру и предполагает постоянно жить за городом, связано с транспортными коммуникациями. Сейчас дома на Выборгском, Сестрорецком направлениях предпочтительнее для постоянного проживания, потому что оттуда легко доехать до центра города. Выбор участка определяет время, потраченное на дорогу. Бывают люди, которые строят дома в менее престижном районе, откуда можно быстро доехать до офиса.

Важна также престижность. При этом некоторые учитывают перспективу участка. Например, в свое время, в 50 60-х годах, дача в Мартышкине звучало, как на молодежном жаргоне сейчас, - "почетно". Это было очень почетно. Теперь Мартышкино потеряло свой статус, а Комарово, Зеленогорск, Солнечное, Репино приобрели. На это влияет множество факторов: структура развития города, перспективы Генерального плана - это все учитывается современным заказчиком. Что будет, какие соседи, как будет развиваться инфраструктура. Сестрорецкое направление сейчас элитное, и спрос на него растет. Люди готовы платить крупные суммы просто за участок, не говоря о том, чтобы на таком участке поставить дом. Также важные факторы здесь - это коммуникации: отопление, водоснабжение, канализация.

Что будет с направлением Зеленогорск - Солнечное, повторит ли оно судьбу Мартышкина? Неизвестно. Ведь Гарлем в свое время был престижнейшим местом. Но случился кризис, и люди, которые там жили, не смогли больше там жить, это место опустело. Как повернется экономическая ситуация? Скорее всего, северное направление будет развиваться, хотя строительство дамбы, строительство кольцевой магистрали каким-то образом повлияют на это. У меня есть клиент, который учитывает даже строительство нефтяного порта, утверждая, что на заливе не стоит покупать участки.

Каковы особенности российского заказчика?

Сейчас есть несоответствие между уровнем человека и домом, который он заказывает. Я помню, еще на заре перестройки первую квартиру я делал человеку, который был главой крупной фирмы. Квартиру он занял на 5-м этаже. Эта квартира соответствовала уровню, скажем, старшего мастера на заводе, инженера, доктора - до революции. А человек его уровня жил либо в бельэтаже, либо в собственном особняке. Стандарты еще не пришли в соответствие. Многие клиенты ориентируются на западный массовый уровень, хотя по статусу он им не соответствует.

А с какими проблемами приходится сталкиваться при работе с клиентами?

По ходу строительства возникает много проблем, связанных с инфраструктурой пригородов: надо строить свою электростанцию, отопление. Человек связан этими вещами, и при этом не всегда адекватно представляет себе масштабы. Редко попадаются клиенты, которые не думают об экономии и не стараются найти оптимальное решение. Поэтому обычно проект проходит несколько стадий. Сначала, при заказе, он большой. Потом, после подсчета, он начинает несколько ужиматься. И таких стадий может быть две или три. С другой стороны, у человека, который заказывает дом, появляется проблема интерьера. Интерьер достаточно разнообразный, потому что в доме обычно больше помещений, чем в квартире, множество всяких подсобных, хозяйственных помещений, множество всяких отдельно стоящих помещений - баня и прочее, и все они требуют какого-то художественного осмысления. Если человек, конечно, этого хочет. Потому что не все заказывают художественные помещения, существует масса типовых проектов, которые стоят несоизмеримо дешевле, чем индивидуальный архитектор.

Зачастую - хотя сейчас это уже гораздо реже - люди не понимают, зачем, собственно, нужен архитектор. Сейчас в основном приглашают архитектора, когда есть потребность создать нечто под себя. Архитектор - это как адвокат между возможностями заказчика и его желаниями.

А загородное строительство в Европе и США - какие есть различия между ними? И какой стиль, какое направление сейчас больше влияет на нас?

Американский дом специфичен. Это обусловлено тем, что он предназначен для больших площадей, он физически больше. Есть некоторые особенности планировок, но американские дома в основном типовые. В основном идут какие-то небольшие переделки внутри проектов, которые на общее состояние не влияют. На мой взгляд, американцы в массе своей очень консервативны. Европейские дома меньше известны мне. Мне, скорее, известны какие-то реконструкции, какие-то приспособления, я знаю известные работы. Хотя дома для среднего класса у наших ближайших соседей - Финляндии, Германии, - они тоже усреднены и тоже подходят под понятие "типовой дом".

У нас очень часто говорят о каком-то русском направлении. Наши заказчики часто бывают за границей, и они хотят своего какого-то направления, но, вместе с тем, на мировом уровне. Возникает компромисс между тем, что человек хочет, и тем, что он реально готов потратить.

Есть какие-то принципиальные различия между нашим загородным строительством и западным?

У нас пока что очень мало внимания уделяется собственно участку. Ландшафтная архитектура - это очень перспективное направление, и оно будет развиваться, но сейчас ему уделяется второстепенное внимание. Некоторые дома лучше бы смотрелись на большом участке, чем на том, на котором они стоят. Мой приятель из Америки рассказывает, как он подъезжает к дому: вокруг огромный лесной массив, через который идет одна дорога. По мере того как он подъезжает к дому, тот освещается по-разному, идет такая игра. Этот дом был заказан известному архитектору Мейеру. Это качество жизни, качество восприятия жизни, утонченность, где продумано все, начиная от ложек, вилок и кончая самими очертаниями.

Я могу вам сказать, что дом, который я делал в Японии, был сделан из калиброванного бревна с элементами индивидуальных деревянных работ, а рядом был канадский дом, который был полностью сделан вручную. Так вот дом, который делали мы, в риэлтерских оценках стоил примерно $200 тысяч, а канадский дом продавался за $800 тысяч, только потому, что он был сделан полностью вручную, из некалиброванного бревна, из натурального материала. Разница достаточно большая, хотя размеры одинаковые.

На Западе есть магазины - старая фурнитура, старые краники, ручки, замки, двери, элементы конструкции, не просто шкаф или стол, а дверь с сертификатом - откуда она. У нас этого не существует, а в Америке есть такие магазины, которые снабжают высокохудожественное строительство антикварными элементами. У нас просто до этого еще не дошли. Наши реставраторы сейчас востребованы подобного рода строительством, но в большинстве своем такого трепетного отношения или тонкостей, как, например, бордо 47-го года или 54-го, никто не различает. В строительстве. Бордо уже различают.

Плотность застройки на Западе бывает разной: в США например, в пригородах есть большие районы, застроенные домами в 1-2 этажа, без оград, но с палисадниками. А в Германии в пригородах более часто стоящие дома, там особняки больше, более плотно стоящие, часто с оградами. А у нас?

В Германии - поднимитесь в любом городе на башню и вы увидите следующий город. В Германии люди привыкли и умеют жить вместе. Они выработали массу правил, массу каких-то установок, связанных с чистотой, связанных с тем, что нельзя нарушать установок, которые очень регламентированы. Ведь там достаточно тесно. У нас срединное положение. У нас не так тесно, как в Германии или как в Японии (в Японии участок 6 соток - это нормальный участок, где ставится дом), и вместе с тем - не так широко, как в Америке. Все-таки холодно, все-таки нужно думать о том, что все это пространство нужно обогреть, и расходы на содержание дома - чем он будет больше, тем они будут больше. И даже когда говорим о крупном доме, то разговор идет о том, что его несколько рассечь, чтобы каждая сторона обогревалась, когда нужно, а так поддерживается температура жизни, но не человека, а дома - +5, +8 внутри, только бы не тратить столько денег на отопление.

Многие ли из ваших клиентов переезжают за город и будут ли это делать больше?

Трудно сказать. В 20 - 30-километровую зону город может скоро прийти. Он придет туда не с высотными домами, но придет туда со стабильной застройкой, и это будет городской район малоэтажных домов.

Вы думаете, что это будет?

Да, я думаю, что это будет. И элемент этого уже существует.

В каких направлениях?

Например, Бугры. Еще у меня есть клиент, который построил дом в Юкках и живет там постоянно, несмотря на то, что дорога туда еще достаточно сложная.

А Лигово, Стрельна?

Лигово, Стрельна - может быть, я не исключаю. Город очень быстро интенсифицируется. И непонятно, какие районы как изменятся. Вроде бы район Таврической улицы становится достаточно престижным районом. Но ни один специалист не возьмется предсказать, что будет. Покупая квартиру на проспекте Ветеранов, вы через некоторое время можете оказаться в Гарлеме. Вполне возможно. Невский останется фасадом, а за ним будут трущобы. С течением времени приоритеты меняются.

У нас город не структурирован по национальному признаку. Ведь Петербург когда-то был очень интересно разделен по национальному признаку. В разных районах селились разные национальности, как в Нью-Йорке. У нас еще нет для этого достаточно средств. К самому городу тоже привязаны большие районы. Петергофская дорога - когда-то это был престижнейший район, а дорога в Финляндию - кто там селился? Ну да, художник Репин, человек, представляющий средний класс. А на Петергофском направлении стояли дворцы. Дворцов теперь нет, и вся эта дорога разрушается. Возродится она?

Теперь Путин реставрирует Константиновский дворец.

 Да, теперь Путин там строит. Это место опять станет светским, все будут селиться вокруг. Путин уйдет, останется ли это место светским? Неизвестно. Опять-таки, строительство нефтяного портала влияет на экологию залива. Можно ли будет выйти на залив подышать, покупаться? Сейчас уже проблематично. Соответственно, вектор начинает смещаться в какую-то другую сторону.

А Каменный остров? Там есть какая-то перспектива индивидуальной застройки?

Я думаю, что да. Но опять-таки, кто сумеет занять эти участки и что случится с этими людьми впоследствии? Останутся ли эти люди, которые займут Каменный остров и создадут там соседство, сумеют ли они остаться на том же высоком положении, на каком они были? Благодаря кризисам происходит некоторая смена средних элит. Собственно элита не меняется, но элита среднего класса может изменяться.

Может быть, стоит вести речь о том, что должна создаться инфраструктура, которая стабильнее, чем один человек? Чтобы этот район не зависел от судьбы конкретных людей?

Да, должна создаваться структура общества, которая стабильнее, чем один человек. Стабильность районов зависит от стабильности общества, от стратификации. Меня в свое время это поразило во Франции - жесткость стратификации.

Вполне возможно, что социальная конструкция изменится, она станет другой. Мы говорим о XX веке, а что будет дальше и как будут жить города в эпоху, связанную с новыми коммуникациями, которые не потребуют личных контактов? Сейчас мы живем в обществе коллег по работе, а может быть, людям станет интереснее общаться с соседями, и они будут их подбирать по родовым признакам, по каким-то другим параметрам, а с коллегами будут общаться через Интернет.

За рубежом соседей выбирают.

Да, выбирают. Например, кондоминиум любителей собак.

Повлияет ли у нас цена на землю на тип застройки пригородной зоны?

Я думаю, что да.

Она будет более плотная?

Не обязательно более плотная. Цена на землю повлияет на уровень домов.

Из нашего разговора складывается впечатление, что и коттедж, и загородный дом - сейчас это заказы только самой богатой части общества. А люди с доходом порядка $1000 - 2000 в месяц - они не копят и не строят?

Почему? У меня было несколько таких заказов, причем заказывали даже достаточно оригинальные дома люди из среднего слоя. Они небольшие, но при этом они сделаны экономичными способами, в большинстве своем это фреймовые конструкции. Сейчас архитекторам заказываются дома, по статусу зачастую не соответствующие архитектурному проекту. То есть достаточно дешевый дом, но все равно заказывается архитектор. В Европе такой дом был бы типовым.

Какой пригородный стиль сейчас преобладает? Или полная разноголосица?

Нет, почему же. Есть явная тенденция к так называемому викторианскому стилю, то есть явная тенденция к колониальной классике. Все-таки у нас в строительстве превалирует некоторый консерватизм. Может быть, это воздействие нашего города, в котором нет положительных примеров современного строительства.

Когда-то был построен Дом книги. Все его критиковали, говорили, что это кошмарное проявление буржуазности. Потом с ним свыклись. Но следующих шагов в силу отсутствия финансов сделано не было. Поэтому если в Париже человек видит примеры современной архитектуры, то у нас этих примеров просто физически нет. Клиенту сложно представить, что же у него получится, если он это сделает.

Вообще, все зависит от человека. Я стараюсь в своих работах исходить из того, что у меня есть клиент. Он человек замечательный, потому что он сумел создать саму возможность построить дом. Я являюсь как бы трансформатором, который должен почувствовать, понять и перевести на язык строителя желания клиента, трансформировать его мысль.

А если это противоречит вашим эстетическим представлениям?

Мне кажется, что любое направление, стиль могут быть сделаны со вкусом и без вкуса. Моя задача, если я призван клиентом как какой-то авторитет в этом направлении, помочь и сформулировать это так, чтобы это не вызвало потом насмешек и критики с архитектурной стороны: посмотрите, какой кич построили! У меня был клиент, который попросил меня, чтобы не было входов с первого этажа, чтобы был подъемный мост.

Теперь легче стало с клиентом?

Конечно, легче, потому что клиент стал более образованным. Он уже ездил по свету. Есть большой поток информации, навык. Клиент обычно сидит с толстой пачкой журналов. Прежде чем он поймет, что ему придется платить архитектору, он зачастую пытается сам что-то создать, листая журналы. Если он сам этого не делает, я ему приношу информацию, причем я зачастую приношу информацию не журнальную, а книжную, по истории архитектуры, с тем чтобы можно было сформулировать и понять. Обычно какое-то время мы договариваемся о том, чего же он хочет.

Есть даже такое прозвище архитектора - Пьер Парле. Это человек, который все время говорит. Один мой клиент сказал: "Ты пришел, как доктор, все выспросил". В какой-то степени, да, архитектор и выступает как доктор.

Как вообще клиенты относятся к традиции? На Карельском перешейке, где в основном сейчас строятся, традиционно были финские модерновые дома. Теперь некоторые люди берут старую финскую дачу, зарисовывают ее, фотографируют, потом сносят и делают фасад точно такой же, а внутри все по другому.

Если заказчику нравится финский модерн - это прекрасное направление, и очень много выдающихся архитекторов в этом направлении работало.

У вас были такие заказы?

Нет, на восстановлении я не работал, по реставрации у меня не было заказов.

Это не совсем реставрация. Всю гниль сносят, делают нормальный фундамент, коммуникации, но фасад восстанавливают досконально.

Да. Вот классический пример развития архитектуры: Коломенское в Москве. Это перевод из дерева в камень. Но это и создание нового стиля - московского. Классическая греческая архитектура - это тоже перевод из деревянной архитектуры в каменную. Там остались элементы деревянной архитектуры, просто они стали каменными. Это нормальный способ развития архитектуры, теоретиками уже названный и описанный.

Многие считают, что загородный дом должен быть деревянным.

Деревянный дом имеет свои преимущества: он является экологичным. Но лишь до тех пор, пока в доме не завелся жучок. У деревянного дома есть некоторая своя специфика, уже сформировавшаяся эстетика: с одной стороны - традиционно русская, а с другой стороны - международная, в которую русская тоже в свое время вошла как элемент.

Судя по вашим словам, в сознании людей все-таки происходят изменения. Раньше хотели показать богатство, теперь хотят чувствовать себя комфортно и удобно?

Это здравые, прагматичные рассуждения: человек должен чувствовать себя комфортно. Есть культура жизни, культура потребления. Она в лихие времена исчезает, потом она появляется вновь. Это культура сложная, требующая большой подготовки, знаний, образования, отношения, понимания. Она, как феникс, возрождается из пепла, возрождается каждый раз с развитием общества.

Это еще связано с нашим недавним прошлым. Один человек выстроил себе дом в 350 метров. Ему говорят: зачем такой большой? Выяснилось, что детство он провел в коммунальной квартире за шкафом. После этого ему хочется, чтобы было много пространства. Потом он успокоился и теперь живет в двух комнатах: там кухня-гостиная и спальня. Есть и кабинет с бильярдным залом, но он туда не ходит - неуютно.

Это с одной стороны. С другой стороны, есть такое место на земле - Альгамбра, это место, где человек может обдумать достаточно сложные вопросы бытия и массу проблем. Это место, как камертон, настроено на то, чтобы помочь сознанию проявиться, понять, как же на самом деле устроена моя жизнь и жизнь моих подданных и что же нужно сделать. Под стенами стоят войска, и нужно уйти и оставить здесь свой последний вздох.

Есть такие специально созданные пространства с бассейнами, с садами, которые являются уголком для очень глубоких раздумий. Это важно для жизни всего общества, чтобы пройти по пути наименьшего ущерба. И одна из задач архитектора - создать такое место. Если человек способен заплатить за такого рода упражнения, то от того, каков он будет в своих раздумьях, зависят жизнь и состояние многих-многих людей, которые с ним связаны. Для меня характерным примером является Альгамбра. Но таких мест в мире много. Не все популярны и известны, не все можно посетить, но, в принципе, для них, для этих мест мы работаем.

В Советском Союзе общественное мнение вырабатывалось на кухне, оно и было таким кухонным, и так оно и развилось. И во многом след отчаянных поступков и каких-то решений обусловлен тем, что они были выработаны на коммунальных кухнях. Сейчас есть возможность такие места улучшить. На самом деле проектирует дом заказчик, а я ему помогаю. Я являюсь переводчиком на профессиональный язык строителей, специалистов. Человек должен почувствовать себя дома, в идеале у него должно быть ощущение, что у него появилось место, в котором он может предаться самому себе, и поразмышлять, и просто пожить.

Даниил Александров.

---

Ссылки по теме, читайте также:




© 2000 - 2001 Oleg V. Mukhin.Ru™


Проект I-212-1P